Толедо-1 (типа кусок отчета)

Я родилась не под теми звездами.
Б-г знает, как я не хотела такой судьбы, как хотела быть простой еврейской женщиной (что само по себе является оксюмороном - курсивом буду отмечать реплики игрока, не персонажа). Но ему виднее, и не мне спорить с ним - каждому отпущена его мера. Я родилась в семье своего отца, Иакова Аль Кури и его жены, Саадат. Мать моя была в свое время кормилицей дочери Иегуды бен Эзра, Рахили, выросшей в тихую девушку с глазами горлицы. Однако обстоятельства сложились так, что мой отец вынужден был принять христианство, однако продолжал исповедовать иудаизм и даже более того, как я узнала впоследствии, - был каббалистом.
Со временем у меня начались странные сны. Отец вообще постоянно требовал от меня, чтобы я рассказывала ему сны и то, что происходит со мной, особенно в определенные часы, дни... В одном из снов я сидела в окружении змей, и они меня не трогали. Вокруг был мягкий жемчужный свет и одновременное присутствие и отсутствие звука. Вдруг появилось ощущение опасности, зла, неизвестно, почему, я схватила змей и начала бросать их по направлению источника зла - и змеи стали превращаться в молнии.
В другом сне я смотрела в зеркало, а на меня глядел суровый взрослый мужчина и говорил, что он - это я. Затем он схватил меня за руку, и мы оказались в странном месте: это было все и ничего одновременно, состояние пустоты и наполненности. Вдруг отовсюду начал звучать голос, волосы падали на лицо от шелестения множества крыльев... Я увидела праотцев - они стояли друг за другом и смотрели на приближающуюся точку-звук. «Ты есть он», - сказал мне голос. И буквально в один момент нас развернуло с суровым человеком и приклеило друг у другу спинами, головами... И громовой голос произнес: «Вот Элиягу (библейский пророк Илия)!». Я проснулась, а в голове была каша: я не понимала, кто я, откуда, зачем, появились воспоминания о вещах, которых не было со мной, людях, городах...
Отец отправил меня в Цфат к тамошним мудрецам-каббалистам. Я рассказывала сны, видения, они меня учили тому, что знали сами - я не знаю, почему и зачем, но ко мне относились с особым уважением. О причинах я не задумывалась. Но с определенного времени я перестала ощущать реальность - мир духов, ангелов, праотцов и праведников стал для меня едва ли не более привычным мира, где нужно есть, пить, спать, разговаривать с людьми. А еще со мной говорил Б-г.
В одном из снов я находилась в каком-то сияющем, жемчужном пространстве. Мне было хорошо, настолько, что немного грустно. Я чувствовала, что пространство - живое, что оно хочет как-то подбодрить меня, но я как-то не особо успешно «бодрилась». И вдруг я услышала шорох одежд и голос глубоко в голове сказал: «Не оборачивайся. Я с тобой». Теплая, большая рука легла на плечо - и вдруг меня переполнила такая радость, такая... слов нет сказать, что я пережила в это мгновение. Сто тысяч самых прекрасных восходов и закатов, распускание первых весенних цветов, журчание горного ручья... Умножьте на плюсбесконечность - и это будет малая часть того, что нахлынуло на меня в эти мгновения.
Мне захотелось раствориться в этих ощущениях, но голос сказал, что еще рано - и тут я увидела десятерых человек. Из них знакомым был только один - суровый мужчина-отражение в зеркале, кого назвали Элиягу. Мы смотрели друг на друга, а потом вдруг стали одним, и нам открылось, что так уже было в самом начале, что все мы - совершенный человек, Адам Кадмон, древо и ветви. Затем человек начал распадаться, а сефиры - исчезать, голос, идущий отовсюду, начал называть имена. Элиягу схватил меня за руку - и тут раздалось: «Бина, разум». Рука неизвестного легла мне на плечо и тихий, спокойный... идеальный голос прозвучал в голове: «Он собран на небе - собери его на земле».
Проснувшись, я увидела у себя на груди медальон с именем сефиры, а в руке сжимала медальоны других сефир. Учителя не знали, что со мной делать. Зато я знала, кто я и зачем явилась сюда.
Меня зовут Сагит бет Иаков. А в других... хм... местах меня зовут Элиягу. Пророк. А еще я - Бина, разум. Я отправляюсь в Толедо, чтобы разобраться с делами семьи и попробовать собрать в этом месте, привлекающем самых странных людей, Адама Кадмона.

транссайбириан секс

я не еврей, но кое-что похоже...
я конечно делаю огроменную ошибку, что зачинаю этот пост, но все же.
если честно, то это полный пиздец. а выражается он во всем.
с одним целовалась, с другим офф, третий влюбился. ну и как бэ.... и что?
хвалила влюбившегося за парфюм. и только дома осознала что парфюм то на мне. Табаковский. мужской. сама брызгалась. аядура! . клааасс.
у фотоаппарата отрубился автофокус и этого я тоже не понимаю. и не принимаю.
давайте я лягу спать, а проснусь завтра с мыслью, что это был какой-то странный сон? подыграйте мне.
зы: ай трэвэлд зе ворлд лукинг фор андестэндинг...
ззы: а продолжить целоваться было бы очень кстати. все равно. да.
и
и
мы сделали это! Ж! ай лав ю!

Стас Михайлов

• http://www.moskva.fm/user/legenda60/music/collection/543879

http://www.moskva.fm/artist/стас_михайлов/song_095632 " КОРОЛЕВА"
 О тебе все мои стихи..Для тебя свет в моем окне
Замалю я твои грехи
Жаль что приходишь лишь во сне
По тебе слезы льет душа
Стерты все обещания...
Но в моем теле чуть дыша
Теплится ожидание
Ты моя королева вдохновения
Ты моя повелительница снов
Ты моя но судьбы хитросплетения
Не дают нам с тобой быть рядом вновь
В каждом сне я тебя ищу
Но метель замела следы
Приходи я все тебе прощу
В сердце осталась только ты
Не смогли мы сберечь любовь
Не нашли мы свой верный путь
Я пишу фразы через боль
Мне тебя больше не вернуть
http://www.moskva.fm/artist/%D1%81%D1%82%D0%B0%D1%81_%D0%BC%D0%B8%D1%85%D0%B0%D0%B9%D0%BB%D0%BE%D0%B2/about#photo

Sacrilege: Отпуск в Раю

 название: Sacrilege: Отпуск в Раю

тип: ориджинал 
жанр: яой, romance, fluff
рейтинг: NC-17

 

 

прочесть на сайте

 

-

- Сколько лет, сколько зим! - я оказался в объятьях Ханса, не успев и глазом моргнуть. - Всё-таки приехал, чертяка!
- Давненько не виделись, - я похлопал его по спине и высвободился из его рук. - Тебя не узнать, отъелся в этом Раю!
Ханс засмеялся. Мы вместе служили в армии, потом затерялись, и вот не так давно он разыскал меня и пригласил к себе в гости. Неожиданностью было узнать, что он теперь владелец небольшого курорта на одном из островков Океании. Он позвонил и пригласил меня к себе. Пожить немного на таком курорте, да ещё и бесплатно - разве не мечта любого трудяги вроде меня, тем более в отпуск? Поэтому я незамедлительно согласился, купил билет и полетел чёрти куда. Этот островок оказался настоящим Раем, до которого почти не добралась цивилизация. Ханс повёл меня в свой дом - особняк на холме, откуда открывался вид на весь остров. На восточной его оконечности, как мне показалось, была какая-то деревня, довольно не репрезентабельного вида.
- А, это местные, - объяснил Ханс, - племя. Нет, не бойся, не людоеды и не дикари. Странные, конечно, но если к ним не лезть - они соседи мирные.
- Что значит «не лезть»? - на всякий случай спросил я, разглядывая зелень, распростёршуюся вокруг.
- Не тискать их девок и не воровать их реликты, - объяснил Ханс, посмеиваясь. - Туристы иногда этим грешат, потому что там всё на виду.
- И что? - я перевёл взгляд на Ханса, потому что его тон был очень насмешливым.
- Да ничего. одному искателю приключений отрезали причиндалы.
- Что? - я не понял, шутка это или нет.
- То. Ну, я думаю, ты не из таких. - Ханс похлопал меня по плечу. - И ещё, когда с ними говоришь - не улыбайся им: улыбка у них - это нечто сокровенное, личное, не для всех. Просто смотри серьёзно и кивай почаще. Хочешь посмотреть на их деревню? Там и сувениры можно купить.
Я, конечно, захотел, хотя его слова меня насторожили. Что значит «на виду»? Я понял это, когда мы с Хансом пришли в деревню местных. Всё на виду. Действительно. Они ходили голые, нимало не смущаясь, лишь на некоторых были шорты, да и то едва прикрывающие интимные части тела. Я разинул рот. Ханс посмеиваясь спросил:
- Ну как? Впечатляет?
Я смотрел во все глаза, не потому что это возбуждало, просто потому что это было необычно. Местные были красивыми, черты лица их походили на европейцев, отличались они лишь кожей - она была смуглой, а может быть просто загорелой.
- Они красивые, - просто сказал я. - Так что там насчёт сувениров?
Ханс повёл меня в их магазинчик. По улицам бегали курицы, на стенах деревянных домов были развешаны цветочные гирлянды.
- Праздник? - поинтересовался я.
- Да, - кивнул Ханс, - через полмесяца будет какой-то важный для них праздник, вроде бы праздник в честь их богини плодородия. Жуткая вещь.
- Почему? - удивился я, выглядело и звучало очень даже ничего.
- Ну, ты же знаешь, все эти культы, с жертвоприношениями, отрезанными куриными головами. Брр, не люблю такие вещи. Но танцуют красиво, обязательно сходим на этот праздник и посмотрим.
Я выбрал себе несколько мелких вещичек в магазинчике, расплатился, и Ханс потащил меня показывать свой курорт. Он отстроил комплекс прямо на пляже, смотрелось шикарно. Но меня больше тянуло в ту зелень, оставшуюся позади.
- По лесу тут можно гулять? - спросил я у Ханса.
- Можно, только в кусты не лезь - змей полно, - предупредил он.
После обеда я искупался, подвялился на пляже под лучами горячего солнца и решил прогуляться по окрестностям. Поначалу я шёл по тропинке, которая вела в лес, никуда не сворачивая. Вокруг была сплошная зелёная стена, слышались крики птиц, перед лицом то и дело мелькали бабочки. Пахло цветами и травой. Я не торопясь шагал по тропинке, вдыхая этот аромат, и думал, что мне чертовски повезло - провести целый месяц в этом Раю. Тропинка неожиданно завернула куда-то прямо в джунгли, я остановился, потому что теперь передо мной расстилалась трава, и куда было идти дальше - непонятно. Я позабыл предостережение Ханса и пошёл прямо по траве наугад, сбросив туфли и с наслаждением ощущая мягкую траву под ступнями. Можно лечь и немного подремать, такие мягкие травы. За этими мыслями я и не заметил, как забрался в порядочную глушь. А когда опомнился, понял, что заблудился. Вокруг были деревья, ни единого признака тропинки, ни одного звука цивилизации, лишь трели птиц и стрёкот кузнечиков по сторонам. Странно, но мне почему-то не было страшно, хотя повод для паники был. Один в тропическом лесу. Я остановился и прислушался - мне показалось, что я слышу плеск воды. Я пошёл на этот звук и скоро очутился возле небольшого озерца, в которое лился водопад. Я растерянно попытался вспомнить карту, которую показывал мне Ханс - и что-то не видел я там никакого водопада. Это открытие меня захватило, и я потопал прямо, забывая про осторожность. Но несколько шагов спустя я остановился и замер. У озера кто-то был. Незнакомец сидел на одном из камней, опустив ноги в воду. Я пригляделся - это наверняка был кто-то из местных. Я подошёл ближе, он не заметил меня, зато я смог его как следует разглядеть и застыл в совершенном очаровании. Это был молодой парень, даже юный, с волнистыми каштановыми волосами и золотистыми глазами. Его кожа, тронутая загаром, искрилась в лучах солнца. Он был абсолютно обнажён, так что я видел каждый изгиб его прекрасного тела. Я сглотнул, он походил на видение, на какое-то лесное божество. Очевидно, он почувствовал мой взгляд, потому что полуобернулся и посмотрел на меня своими лучистыми глазами. Его брови слегка изогнулись в удивлении.
- Не бойся, - поспешно сказал я, мне показалось, что он готов вскочить и скрыться, так напряглось его тело.
- Я не боюсь, - ответил он, и я поразился, что говорил он почти без акцента. - Как ты сюда попал?
Я осторожно приблизился, боясь ненароком спугнуть его как бабочку. Он оглядел меня с головы до ног, не смущаясь и не выказывая никакого страха.
- Я шёл сначала по тропинке, а потом как-то тут оказался, - ответил я; я и сам не знал, как заблудился.
- Удивительно, ты нашёл тайное место. - проговорил парень, кладя пальцы в рот и немного нервно их покусывая. - Не говори никому о нём.
- А ты-то кто? - я подумал, что раз это место тайное - я не имел права тут находиться, вдруг это какое-то священное место?
- Вьен.
- Что? - не понял я.
- Вьен. Моё имя. Как твоё? - он открыто посмотрел на меня.
- Я Грэг. - я осторожно сел рядом с ним.
- Какое имя странное. - его губы тронула улыбка.
Я вспомнил слова Ханса, и меня очень взволновал тот факт, что парень улыбнулся мне, как будто решил, что я не чужой. Я рискнул и улыбнулся ему в ответ. Ничего такого не произошло, он наклонил голову, разглядывая меня.
- Ты из местных? - спросил я. - Из деревни?
Он кивнул, но тут же сказал:
- Нет, я живу здесь.
Я подметил про себя эту странность, но ничего не сказал. Я вообще странно себя чувствовал сейчас. Рядом со мной сидел такой красивый мальчик, обнажённый и нисколько не стыдящийся своей наготы.
- А я приехал отдохнуть, на курорт, - сказал я.
- Ку-рорт? - повторил Вьен по слогам, это было сложное для него слово. - Это там, на пляже?
Я кивнул. Мои взгляд то и дело скатывался на его колени, где лежали его красивые руки, и где чуть повыше покоился его перламутровый член, окаймлённый у основания золотистыми волосками. Если он не придавал значения своей наготе, для меня это было неестественно, и я порядочно возбудился, глядя на его прелести. Под моими шортами зажглось и ожило желание, и я всеми силами старался скрыть это, приподнимая колени. Вьен поболтал ногами в воде, потом перевёл на меня взгляд и спросил:
- Так, ты не расскажешь, что был здесь, Грэг?
- Нет. Это место. о нём никто не должен знать, да? - предположил я и заметил в его золотистых глазах какое-то странное выражение.
- Лучше будет, если никто не узнает о том, что ты был здесь. со мной, - после паузы добавил он. - Мне нельзя ни с кем разговаривать.
- Ты. кто-то важный для племени? - с замиранием сердца спросил я.
Вьен кивнул. Кем он был? Может быть сыном вождя или жрецом? Я хотел спросить его об этом, но он неожиданно развернулся ко мне всем телом, беря моё лицо в ладони, и приоткрыл губы. Это было более чем намёком. Поцеловать? Он хочет, чтобы я его поцеловал? Я сглотнул, в который раз переводя взгляд на его колени. Но если он считает это естественным. Я коснулся его губ, чувствуя их солоноватый вкус. Вьен развернулся ещё больше, почти оказываясь у меня на коленях всем телом. Я сомкнул руки вокруг его талии, у него была потрясающая на ощупь кожа. Он выдохнул, глядя на меня затуманенным взглядом, и подался назад, увлекая меня на эту залитую солнцем траву.
- Подожди. ты понимаешь, что делаешь? - начал я, останавливая его руку, которая потянула с меня шорты.
Вьен не смущаясь посмотрел на меня, запрокидывая голову так, что кадык на его шее ясно проступил, раскинул руки по траве и приподнял колени, словно приглашая меня:
- Да. Я знаю. Я хочу этого.
- Ты уверен. что тебе можно? - спросил я, вспоминая его неясную реплику про тайное место.
- Нельзя. Но я всё равно хочу. С тобой. Сейчас. - отрывисто ответил Вьен.
Голова у меня пошла кругом. Я ввязываюсь во что-то очень тёмное. Но противостоять его открытому взгляду и совершенно бесстыдному приглашению, бесстыдность которого он и не понимал - было абсолютно невозможно. Я опустился на него сверху, чувствуя, что его тело напряглось. Вьен прокатился по моей спине пальцами, словно бы исследуя её. Ни тени смущения не промелькнуло на его лице - вероятно, оно ему было просто-напросто незнакомо - когда его пальцы прокатились ниже, исследуя уже мои ягодицы и потом торс и член. Я вспыхнул как спичка, для меня-то всё было совсем по-другому. Я знал цену этим прикосновениям, знал их значение, и моё тело незамедлительно на них отреагировало. Вьен опустил голову, вглядываясь вниз, где его пальцы запутались в моих волосах и разбудили мою плоть окончательно. Я задохнулся, чувствуя, что кровь отливает от лица и бурной волной устремляется туда. Его не смутило, что плоть под его пальцами налилась и, задрожав, ткнулась в его живот. Он спокойно ласкал меня, с той же лёгкой улыбкой на губах, и его кожа золотилась от солнца, а совсем не от румянца. Я отвёл его руку:
- Подожди, хватит, ты дразнишь меня.
Вьен послушно убрал руку и снова потянулся губами к моим. Я поцеловал его, раздвигая его зубы языком, он слегка вздрогнул и нерешительно попытался ответить. Сладко и упоительно, от этого поцелуя у меня встал ещё больше, и я заслонил член ладонью. Вьен оторвался от моих губ, тем же затуманенным взглядом посмотрел на меня и обвил мою шею руками.
- Скорее. Не тяни с этим. Пожалуйста.
- Ты. делал когда-нибудь такое? - счёл нужным спросить я и увидел его отрицательный кивок. - Ты уверен, что.
- Уверен, - перебил он меня, и, пожалуй, в первый и в последний раз его лицо окрасилось румянцем. - Уверен. Пожалуйста. - он выгнулся, животом касаясь моего тела. - Пожалуйста.
Ну, хотя он и не занимался такими вещами, искусство соблазнения ему давалось отлично. Разве можно было устоять? Когда его взгляд был так откровенно соблазнителен, тело открыто и готово принять меня в любую минуту. Я наклонился, целуя его шею и грудь. Хотелось снова и снова касаться его кожи, ощущая губами её бархатистую поверхность, её цветочный вкус. Она розовела от поцелуев, я видел каждую венку, каждую родинку. Вьен прикрыл глаза, его руки соскользнули с моей шеи и снова раскинулись по траве, словно он хотел сказать: вот он я, весь твой, бери меня. Я обхватил губами его сосок, настойчиво и одновременно нежно лаская его языком, парень тихо выдохнул, и его губы приоткрылись в коротком и томном стоне. Его тело выгнулось, и наконец-то ожил его член, наливаясь и розовея ещё больше, я провёл по нему пальцами, ласково и бережно поглаживая его крайнюю плоть. Если ты хочешь сделать это, пусть это будет так, чтобы ты на всю жизнь это запомнил, я буду любить тебя так, как никто и никогда не любил, я отдам тебе всю свою нежность, всё своё желание, чтобы ты забылся в этой неге. Вьен приоткрыл глаза, наблюдая за моими движениями, его губы вздрагивали от нервного дыхания. Я приподнял его за колени, целуя их и скатываясь губами на внутреннюю сторону бёдер, где кожа была ещё нежнее, и осторожно взял его, втискиваясь в его горячее и бесконечно узкое тело. Он лишь закусил губу, но не издал ни звука.
- Больно? - спросил я, поглаживая его под ягодицами.
- Нет. Продолжай.
Не знаю, было ли это правдой. Я наклонился над ним, двигая бёдрами и постепенно подчиняя его тело себе, его руки снова обвили мою шею. Он не упирался, не сопротивлялся, с каждой минутой расслабляясь всё больше и всё охотнее впуская меня. Его золотистая кожа стала влажной, а на тех местах, где я целовал его, проявились розоватые следы - такая нежная кожа, такая нежная. Я склонился ещё ниже, вновь завладевая его губами. Моё тело двигалось само по себе, я расслабился, ощущая, что всё моё существо просто млеет от того, что я делаю, и парень - я чувствовал - испытывает то же, что и я. Одурительно пахло травой, которая мялась под нашими телами и источала зеленоватый сок. Я не хотел торопиться, не хотел, чтобы это волшебство заканчивалось, и медленно брал его снова и снова, пока не почувствовал, что готов с ума сойти от этого наслаждения и медленной любви. Вьен тихо стонал, прогибаясь подо мной, его золотистые глаза были подёрнуты сонной дымкой, словно он находился под действием какого-то дурмана. Плавилось солнце, плавились наши тела, превращаясь в мягкий и истомлённый воск.
- Не могу больше. - наконец, выдохнул он.
- Больно?
- Нет. Так хорошо. что не выдержу больше.
Я и сам испытывал то же. Так что я придержал его под попу и задвигался быстрее, чтобы распалить его и себя до предела и слиться с ним в умопомрачительном танце оргазма. Его стоны стали глубже, его тело извивалось подо мной, его пальцы царапали мне спину. Я дёрнулся и кончил, чувствуя, как его мышцы дрожат, буквально всасывая меня, и всё его тело наполняется мелкой и нервной дрожью. У меня никогда не было такого прекрасного секса. Я опустился на него всем телом, сжимая его в своих объятьях. Вьен лихорадочно дышал, стараясь обхватить мою спину руками, но они соскальзывали по влажной коже, оказываясь где-то на заднице и подстрекая меня снова и снова. Я расслабленно целовал его шею, оставляя на ней следы.
- Ты. в порядке? - немного времени спустя спросил я, приподнимаясь и вглядываясь в его лицо.
- Да, - тихо ответил он, неохотно разжимая руки и позволяя мне выйти. - А ты?
По-детски непосредственный вопрос привёл меня в ещё большее умиление. Я ответил, что да, и снова поцеловал его, любуясь его телом, которое до сих пор не отошло от того, чем мы занимались, и искрилось каплями пота на этом солнце. Вьен вдруг сел, сводя колени, я заметил на траве перламутровые капли, смешанные с алыми крапинками. Наверное, ему было всё-таки больно. Он лишь убрал с лица прилипшие волосы и, посмотрев на меня, спросил:
- Ты. придёшь снова?
- Да. Боже мой, конечно, да!
Мне просто не верилось, что кому-то вроде меня могло так повезти. Это не я, не со мной всё это происходит, или это сон? Я зажмурился, потом открыл глаза - ничего не изменилось. Не сон. Я, и рядом со мной само воплощение этого Рая - Вьен.
- Конечно, я приду завтра. И послезавтра. И когда захочешь.
В ответ я увидел на его губах улыбку, прекраснее которой я ничего в своей жизни не видел.
Отпуск в этом Раю. Целый месяц бесконечного солнца. В компании такого потрясающего парня, настоящего ангела, который мой и только мой.

 

Сочинение моей дочери. Прошу любить и жаловать.

Барышне 16 лет. По- моему не плохо...
Мои мысли...когда я с Ним
Аня наверно Фролова
* наши отношения...
он хочет, чтобы мы перешли на новый уровень...
он просто не знает, что у меня нет уровней. Он бережно тронул ее за волосы, глядя на нее сверху вниз, и нескрываемая нежность заставила меня отвернуться. Это был до ужаса интимный взгляд, интимнее секса, сильнее всего. Этот дурак ее любил. Когда мне плохо или грустно я знаю что у меня есть пять минут тебя. И эти пять минут лучшие в моей жизни.Не важно что в твоем кошильке, какие вещи ты носишь, есть ли у тебя недвижимость или нет. Главно то, что под всем этим.Слово "я" такое маленькое и беззащитное,что порой ему просто необходимо,чтобы рядом находилось такое большое и значимое "Ты" разрыдаешься - скажут истеричка
проглотишь - скажут слабак
ударишь в ответ - скажут агрессор
дашь в морду - скажут неадекватен
напьешься - скажут бежит от проблем
напьешься успокоительных - посоветуют лечитьсялюди, блядь, такие все умные
знают, как правильно себя вести
когда больно
... Ей хотелось разбить эту структуру. И забыть, как надо, как полезно, как только и возможно! - чтобы выжить, а просто: делать что-то неумное, как в детстве...
Слезы, закатитесь обратно, сейчас не время И не вынуждай меня оставлять автографы на физиономиях твоих блядей
- I <3 U- ну да, йод меньше
трех уранов, и дальше что?
Мне хотелось кри4ать, истерить, бить тебя в грудь, рвать на себе одежду и топать ногами, хотелось убить, задушить, застрелить, захлебнуться в своих 4увствах... но я нежно обнимала тебя, говоря "Я люблю тебя, мы скоро встретимся". Не надо в меня влюбляться.Я человек, а не то, во что можно влюбляться by Vasilisa
Не переживай за меня. Я сильная. Летом я ловила рапаны и выковыривала молюсков пилочкой. Оставалась лишь красивая ракушка..Это совсем не страшно.Теперь я пилочкой выковыряю тебя из своей души. by Vasilisa
Так и хочется сказать:мне пох на тебя, и не надейся что меня заденет твое чертово сп. by Vasilisa
Вся наша жизнь-пиздец. by Vasilisa
Он хамил так, как будто у него в кармане лежала запасная челюсть.
Мысли собаки: "Хозяин меня любит, кормит, ухаживает... Наверное, он Бог."
Мысли кошки:"Хозяин меня любит, кормит, ухаживает... Наверное, я Бог."
Если вы ищете справедливости, это в словаре. между сифилисом и сукой
мы, может, и долбоебы, но мы этого не скрываем.
в отличие от молчаливого большинства.
Сижу в машине, смотрю в зеркало заднего вида...
Вижу, идёт женщина и держит за руку ребёнка лет 5.
А ребёнок другой рукой тащит какой-то картонный ящик. Видно, что мама пытается уговорить бросить ящик, но сынок ни в какую не соглашается.
Тогда она спрашивает за чем он ему - ребёнок молчит.
И так раз пять.
Это уже происходит перед боковыми стёклами и я отчётливо слышу разговор.
- Зачем тебе ящик?
-.
- Я тебя спрашиваю зачем тебе эта грязная коробка?
Ребёнок срываясь на крик:
- Зачем? Зачем! Когда я здохну от твоих вопросов закопаешь меня в ней !
С моим набором воспоминаний, я скоро открою музей:
"Вот здесь -сентябрь 2009. счастливая до ужаса.
Сюда- зима того же года. опустошенная, с разбитым сердцем."
Давай я буду улыбаться и петь,
Чтобы пытаться сделать небо ближе.
И,знаешь что?Давай не расставаться,
И пусть во сне тебе прибой пятки оближет...
Давай,когда тебе бывает трудно - не молчи.
Давай, я буду рядом,если хочешь.
Когда спиной кто-то стоит - кричи.
Давай...Звони...И днем.И,если хочешь,ночью....
в последнее вермя,когда я читаю о чужой любви,в моей голове звучит лишь "бла,бла,бла".
Молчание не знак согласия.
Молчание - знак похуизма.
Правильно.. Давай ссорится из-за пустяков. Давай ещё расстанемся из-за чьих-то дешевых принципов. А потом кусая губы,нервно куря,будем сдерживать себя,чтобы не дай бог написать первым,что-то вроде: Привет,ну как ты? Может поговорим?
обещаю любить и заботиться, отныне быть вместе в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии.
пока утро не разлучит нас.
Открыла новую станицу жизни. Теперь у меня другие интересы и желания. Ребёнком быть я уже не имею права, но если вам удасться открыть во мне маленькую девочку, то вы, видимо, тот человек котрого я ищу
.....Ты можешь быть рядом, но я всегда сама по себе...Твоя внешность очаровывает других, но она не произведет на меня впечатления...Ты можешь только догадываться, но ты никогда не будешь знать о чем я на самом деле думаю...Только когда я увижу искренность в твоих глазах, я отменю все эти правила... Я просто не верю в слова.....
Просто в один прекрасный момент появляется такой особенный человек и все твои принципы летят к чертовой матери

За то

Мне хочется своим тебя
назвать
За то, что бесконечны дни разлуки,
За то, что никогда мне не узнать,
Как ласковы бывают твои руки...
За то, что, уходя поспешно прочь,
Ты честно не поделишься любовью,
За то, что сон в измученную ночь
Тебя ко мне приводит в изголовье...
Как будто нет долгов и нет границ
У времени, что нам дано судьбою,
И только из-под сомкнутых ресниц
Скользнёт слеза, слегка грозя бедою...
Мне этим счастьем не переболеть...
И даже горем вдоволь не напиться...
В своём огне самой же и сгореть,
Упав на землю опалённой птицей.
Неначатый роман не дописать...
Со временем и тему позабудешь...
Но хочется тебя своим назвать
За то, что ты им никогда не будешь...

Радость размножается деленьем" (с) Юрий Устинов)

Немного часов назад приехала от Люси из гостей (вот щас опять начну нудно выкладывать ее ник в ЖЖ, а в итоге - и это для меня почти что норма - ничего не выложится). Обобщая (исключив сон, туалет и прием пищи) - прообщались сутки.
Я ведь обо всем сужу только лишь по моим собственным ощущениям ( а вы по чему?). Дорогу туда я заметила лишь только потому, что, начиная от Кременной (Луганской обл.) трясти начало ТАК, что я едва не... (т.е. меня чуть не вырвало). Задумалась! Дело-то в чем? Дороги плохие, мягко говоря. А если грубо, то по ним и вовсе ездить нельзя, если уважать человека.
Однако ж, когда едешь с целью, побочные факторы - пофиг!
Все было полетно! Это от слова "полет". Т.е. если я считаю полет нормальным состоянием, то я полечу по-любому...
Я научилась играть в "Мафию". Я увидела, как надо работать с детьми при составлении проектов (это новомодное течение украинской, мать ее, педагогики). В очередной раз задумалась, в чем смысл жизни.
Люся мне нарисовала грамоты на Чемпионат. А я ей чего? Кроме того, что люблю глубоко и по-человечески. Ею любимого варенья сколько захочет и всякого. В гости ко мне в районе 9 мая желаю и жду (и все меня простят за разоренную ванную и оборванный карниз в спальне, ибо ремонт начинать боюсь, лучше прощения попрошу).
Сутки почти что проговорили про лагерь. Добавить нечего. Скорей бы лето!